Требование об отдельности согласия вызвало у бизнеса почти экзистенциальный кризис. Отдельный документ? Отдельная галочка?
РКН, к счастью, внес ясность – отдельность не равна изолированности. Согласие может быть оформлено, например, на оборотной стороне документа, если:
оно визуально и по смыслу отделено от иных условий;
субъект однозначно понимает, что перед ним именно согласие на обработку ПД;
согласие не «растворено» в тексте договора, оферты или правил.
Речь идет не о физическом носителе, а о юридической автономности волеизъявления. Это логично – согласие должно быть осознанным, а не побочным эффектом подписания чего-то еще.
Ювенальные согласия
Согласия несовершеннолетних – тема щепетильная для всякого оператора ПД, поскольку несовершеннолетние «живут» в интернете и являются «чувствительной» категорией субъектов. До разъяснений РКН в профессиональном сообществе бытовали две позиции – несовершеннолетние:
не вправе давать согласие самостоятельно, поскольку 152-ФЗ не содержит оговорок о согласиях частично дееспособных лиц, поэтому их скорее нужно рассматривать как недееспособных, а значит, согласие за них должны давать законные представители (ч. 6 ст. 9 152-ФЗ), ИЛИ;
вправе давать самостоятельно согласие, поскольку обладают частичной дееспособностью. Ст. 26 ГК дает ограниченный перечень правоотношений, где они вправе действовать самостоятельно и сами давать согласие.
Однако в 2022 г. РКН написал, что первая позиция ошибочна, а вторая допустима. Такая же позиция была воспроизведена ЦА РКН, а Ю. Е. Контемиров на вебинаре 2025 г. подтвердил ее актуальность.
На первый взгляд никакой коллизии нет, но в 2024 году РКН ЦФО занял консервативную позицию, фактически усилив роль законных представителей и тем самым поколебав единообразие позиции ЦА РКН.
Как же быть операторам ПД в таком случае? Это privacy-неопределенность или есть решение? Мы спросили у Минцифры и РКН, и их ответы (тут и тут) просты – несовершеннолетние от 14 до 18 лет вправе давать свое согласие в рамках правоотношений, описанных в ст. 26 ГК.
С малолетними все иначе – сделки от их лица заключают родители, усыновители или опекуны. Вывод: от них же как законных представителей и следует получать согласие на обработку ПД малолетнего.
Одна цель – одно письменное согласие
Еще один вечный вопрос: можно ли включить несколько целей обработки в одно письменное согласие?
Позиция РКН – извините, но нет. Эта позиция достаточно устойчива: письменное согласие должно содержать одну конкретную цель обработки. Попытки объединить несколько целей под одной формулировкой («для исполнения договора, аналитики и всего хорошего») создают риск признания согласия порочным и недействительным.
На практике это означает:
несколько отдельных письменных согласий или;
переход к иным правовым основаниям, где это допустимо.
Да, это неудобно. Но не забывайте, что не стоит излишне дробить цели: меньше целей – меньше согласий. РКН подтверждает, что такой подход допустим. Главное условие – чтобы макроцели прямо коррелировали с целями, указанными в политиках обработки ПД и уведомлениях РКН.
Мультиоператорские согласия
Вопрос к вам, уважаемые читатели, – есть ли у вас свежие разъяснения на эту тему?
Разумеется, мы помним неоднозначную позицию регулятора со Дня открытых дверей 2023 г., такую же скептическую позицию в 2024 г., а также видели старое разъяснение ЦА РКН, что мультиоператорское согласие недопустимо. При этом мы верим, что мультиоператорские согласия OK при соблюдении ряда условий, с чем, что удивительно (или нет), спустя время согласился и Ю. Е. Контемиров на недавнем вебинаре 2025 г. Время идет, и позиции меняются, однако некоторые коллизии и противоречия все же остаются.