Как прошла сессия «Защита ПД: актуальные проблемы правоприменения» на ПМЮФ-2026
На прошедшем ПМЮФ-2026 затронули вечные важные темы. Делимся ключевыми мыслями сессии «Защита ПД: актуальные проблемы правоприменения».
Признаемся честно, план на эту заметку был совсем другой. Но когда пересмотрели тезисы участников сессии – пришлось заметку тоже пересмотреть. И самое любопытное то, что не все участники в своих тезисах согласились друг с другом. Не будем называть имен, но…
Пока одни говорили, что пользователи воспринимают свои данные как актив и ждут от операторов не формального исполнения закона, а роли партнера и консультанта, что практики работы с данными калибруются и оттачиваются ожиданиями пользователей. Другие, наоборот, делились мнением, что до сих пор институт ПД обществом воспринимается через штрафы, а не через ценность защиты прав.
Пока одни благодарили РКН за открытость и диалог, ожидая от РКН методологических разъяснений вместо заплаточного ремонта ныне крайне модных частных позиций РКН. Другие, наоборот, критиковали подход РКН к планам по разработке отраслевых стандартов совместно с бизнесом, мотивируя критику тем, что нет единых подходов, принципов и методологии к их разработке.
Пока одни говорили, что ИИ добьет фундамент 152-ФЗ, который строится на принципе информационного самоопределения субъекта (кто и для каких целей обрабатывает мои данные), то есть основная конструкция исчезнет – обработка сегодня вне контроля субъекта, а дальше еще меньше. Тут вспомнили и про «ярмарку тщеславия». Другие не все с этим согласились, вспомнив о жизнепригодности других некогда самых перспективных технологий.
Договорились через год свериться вновь по этим вопросам. Итого, 20 лет прошло, вопросов меньше не становится, а консенсуса больше тоже не становится!
Да, остается достаточное количество «зон для роста» отечественного privacy-регулирования. Прежде всего, культ согласий и игнорирование развития технологий. Последнее выражается, например, в отсутствии регулирования технологий повышения конфиденциальности (PETs), ЭПР в сфере данных, модели оценки риска деобезличивания данных и др. Это сказывается, в частности, на развитии технологий бизнесом и технологическом суверенитете страны в целом.
И все же есть и позитивные примерыразвития и адаптации регулирования и практики его применения. К таким примерам относятся рабочая группа ГРЧЦ, где ведется работа по валидации конкретных кейсов применения законного интереса. Кроме этого, РКН уже меняет подход к требованию согласий и применению альтернативных оснований – это уже видно по результатам мониторинга сайтов РКН. Наконец, буквально на днях принят законопроект о внесении изменений в Закон об ЭПР, отменяющий нормативный барьер в качестве обязательного пререквизита для запуска регуляторной песочницы (об этом подробнее писали тут).
А напоследок мы пожелаем и ФОИВ, и бизнесу больше решительности при адаптации регулирования к современным реалиям.